Во время подьема останков был обнаружен очень ржавый "ромб". Может ли он быть знаком различия РККА. Спасибо за потраченное время

Понятно, что основной была стальная хромированная. Но вот что-то мне помнится, что поднимали и латунные. Или память стариковская подводит?

Ленд-лизовские в том числе? Попадалось в сети упоминание про британские офицерские ремни в РККА с такой пряжкой. Но увы, без картинок с клеймами.

Может, кто просветит по такому моменту?

С уважением, -

Ugrum

С уважением, -

Ugrum

18-ой стрелковой дивизии;

59-го отдельного.батальона (автотранспортного?).

За время Великой Отечественной Войны 1941-го - 1945-го годов войсками гитлеровской Германии у советских войск в ходе боёв было захвачено 18 боевых знамён:

479-го зенитно-артеллирийского полка ПВО;

283-го кавалерийского полка 13-го стрелкового корпуса;

133-го стрелкового полка 72-ой стрелковой дивизии;

132-го отдельного батальона конвойных войск НКВД;

243-го стрелкового полка 181-ой стрелковой дивизии;

186-го отдельного зенитно-артиллерийского дивизиона 181-ой стрелковой дивизии;

243-го гаубично-артиллерийского полка 2-ой стрелковой дивизии;

97-го отдельного батальона связи;

181-ой стрелковой дивизии;

249-го стрелкового полка 16-ой стрелковой дивизии;

7-ой отдельной танковой бригады;

3-го танкового полка;

три неопознанных знамени (в источнике не указано из-за качества фотографий, на которых они были изображены, предположительно артеллирийских);

41-ой гвардейской стрелковой дивизии;

4-го Шлиссельбургского пограничного округа ОГПУ;

33-ей танковой дивизии (не точно).

Это что касается сухопутной армии. О флоте и авиации ничего сказать не могу. Судя по фоткам были ещё и части НКВД.

Озадачили меня вопросом по судьбе одного деда, детали чуть позже я в профильной теме размещу, а пока вот такие фото. 

Человек, по слухам, прошел финскую и отечественную, умер в 90х.  Были какие-то награды.

Максимов Иван Федорович 1904г.

Вопросы: что за форма, почему без опознавательных знаков, соответствие элементов. 

Какие версии?

Продаю не я! http://newmolot.ru/auction/179782

Фотографии в альбоме «КОСЫНКА РККА. 1939-1942 гг. СИТЦЕНАБИВНАЯ ФАБРИКА.», автор Стадник А.Н. на Яндекс.Фотках

Самой распространённой ошибкой является использование флага с соотношением сторон 1:2. Законодательно установлено соотношение сторон 2:3. Чаще всего используется флаг России с соотношением сторон 1:2 в тех регионах, в которых флаг региона имеет такое соотношение сторон. К таким регионам можно отнести: Адыгею, Алтайский край, Бурятию, Владимирскую область, Калмыкию, КЧР, Курганскую область, Мордовию, Республику Алтай, Татарстан, Удмуртию, Хакасию, Чувашию. Это чаще всего происходит по вине фирм-производителей флагов. Все флаги "подгоняются" под один размер, чтобы не делать один флаг длиннее или шире, чем другой.

Часто путают оттенок синего цвета. Иногда можно встретить голубой цвет вместо тёмно-синей полосы. Скорее всего, используется флаг России образца 1991 года, который просуществовал до 1993 года.

Очень часто путают расположение синей и красной полос. Интуитивно цвета выстраивают по принципу: от светлого к тёмному.

Флажная терминология: http://www.vexillographia.ru/termin.htm

Классификация флагов: http://geraldica.ru/done/flags , http://starkproject.com/news/klassifikaciya-flagov.html

Флажный этикет и ритуалы: http://www.vexillographia.ru/etiket.htm , http://doprosy.ru/city/836__flazhniy_etiket.html

Знаменный фонд Центрального музея Вооруженных Сил РФ: http://cmaf.ru/collections/znam/

Гербы и символы России: http://medal-sss.ru/%D0%93%D0%B5%D1%80% ... 0%B8%D0%B8

Фотографии в альбоме «Стальной нагрудник» Стадник А.Н. на Яндекс.Фотках

Иностранные аналоги начала теперь уже прошлого века...

В навершиях времен Екатерины II использовался императорский вензель.

В 1797 году появилось навершие в виде вызолоченного копья с прорезным изображением государственного орла; длина копья с трубкой 5,5 вершков.

Навершие образца 1800 года представляло собой вызолоченное копье с вензелем Павла I под Императорской и Мальтийской коронами.

Навершие образца 1803 года представляло собой бронзовое копье, в середине которого двуглавый орел с поднятыми крыльями, без щита на груди, в правой лапе скипетр, в левой держава. Трубка восьмигранная. Общая высота – 6,5 вершков.На рисунке приведены навершие простых знамен образца 1803 и навершие простых штандартов образца 1803 года. Использованы рисунки из книги В.Минера "Боевые знамена России"

С введением института Георгиевских знамен появились и Георгиевские навершия. Они имели внутри прорезного копья Георгиевский крест. Первый образец Георгиевского навершия появился в 1806 году. Оно повторяло по размерам навершие образца 1803 года, но вместо орла в прорезном копье помещался Георгиевский крест в лавровом венке, венок был неполным.

Навершие для армейских знамен образца 1816 года представляло из себя двуглавого орла в копье, увенчанного короной, Орел опирается на часть венка, находящуюся ниже него. Общая высота навершия 5,75 вершка. Трубка восьмигранная. Использованы фотографии на сайте http://www.prokopovich.memorandum.ru

Польские штандарты имели навершие образца 1827 года. В прорезном копье изображался польский одноглавый орел под короной. Для штандартов полков Литовского корпуса в 1827 году утверждено отдельное навершие: на груди орла в прорезном копье изображалась литовская "погонь". Использованы рисунки из книги В.Минера "Боевые знамена России"

Для знаменных флагов флота, утвержденных в 1837 году, тогда же было принято и навершие - латунное копье с двумя скрещенными адмиралтейскими якорями под Императорской короной. навершие знамени 1830

5 августа 1830 года для Гвардейских знамен установлено навершие в виде двуглавого орла на шаре. Общая высота навершия – 9 вершков.

Навершие образца 1857 года для армии - двуглавый орел в копье, навершие вызолочено или высеребрено по прибору, высота 5,75 вершка. Фотография навершия из собрания ГИМ прислана А.Куприным ("БИАР", г.Москва)

Гвардейское навершие образца 1857 также было вызолоченным или высеребренным по прибору, представляло собой двуглавого орла на шаре, высота 7,25 вершка. Использованы фотографии из книги В.Минера "Боевые знамена России"

9 ноября 1867 года установлено навершие для Георгиевских знамен (и в пехоте, и в кавалерии): копье с Георгиевским крестом, покрытым финифтью, в полном венке. На фото приведено навершие Георгиевского знамени (1867), армейское Георгиевское навершие 1875г. Использована фотография в электронной версии книги Ладыгина И.В. и Замиры А.Ю. "Новониколаевск в военном мундире"

Образец навершия для кирасирских штандартов утвержден 9 ноября 1867 года и представлял из себя двуглавого орла с распростертыми крыльями, стоящего на шаре; от клювов к концам поперечины идут цепи, еще две цепи идут к кольцу на шаре. Навершие высеребрено или вызолочено, по прибору.

6 апреля 1875 года был утвержден рисунок навершия для Георгиевских гвардейских знамен (использовался и в пехоте, и в кавалерии). Навершие представляло из себя двуглавого орла, стоящего на перуне, опирающемся на венок, в середине которого был помещен Георгиевский крест, покрытый финифтью. Общая высота навершия - 9 вершков, навершие вызолочено или высеребрено по прибору.

Для кирасирских штандартов в том же 1875 году введено похожее навершие, но орел большего размера и держит в клювах цепи от поперечины. Вторые цепи идут от концов поперечины к нижней части венка. Использованы фотографии из книги В.Минера "Боевые знамена России"

В конце XIX века были введены новые знамена, созданные по типу древнерусских. Тогда же, в 1883 году, введено новое навершие в виде вызолоченного (или высеребренного) шара, увенчанного православным крестом. Высота креста 4,5 вершка, общая высота навершия 9,25 вершка. На знаменах частей армии навершие представляло собой просто крест на шаре. Для наверший знамен гвардейских частей на шар добавляли изображение государственного орла. На Георгиевских знаменах к трубке навершия привязывался орден Святого Георгия 3-й степени. Использованы рисунки из книги В.Минера "Боевые знамена России"

Наконечник для знамени 1918-1922 года. Фотографии взяты из альбома "Овеянные славой" под.ред.В.Пасечникова

Навершие к Почетному революционному Красному знамени ЦИК СССР образца 1920 года. Фотографии взяты из альбома "Овеянные славой" под.ред.В.Пасечникова

Навершие к шефским знаменам 1920-1941 годов. Фотографии взяты из альбома "Овеянные славой" под.ред.В.Пасечникова

Навершие к Почетному революционному Красному знамени ЦИК СССР образца 1926 года. По фотографии на сайте RUSSFRONT.RU

Навершие к Переходящему Красному знамени 1940 года. Фотографии взяты из альбома "Овеянные славой" под.ред.В.Пасечникова

С 1940-х годов утвердилось новое навершие в виде прорезного копья, в котором звезда и серп и молот. Это навершие в основном и использовалось на советских знаменах до 1990-х годов. Фотография из архива В.Ломанцова

Современный вид наверший для Боевых знамен описан Положении о Боевом знамени (утв. Указом президента РФ В.Путина от 18 декабря 2006 года №1422):

"...Навершие металлическое, золотистое (серебристое), в виде прорезного копья с рельефным изображением главной фигуры Государственного герба Российской Федерации. Высота навершия - 20 см.

Для гвардейских воинских частей - навершие в виде двуглавого орла с расправленными крыльями. На груди орла - заостренный книзу щит со штоком, восходящим к короне. На щите - всадник, поражающий копьем дракона. В лапах орел сжимает лавровый венок и перуны. Орел восседает на шаре, прикрепленном к декоративно оформленной цилиндрической втулке. Высота навершия - 24 см".

http://www.vexillographia.ru/russia/grotik.htm

7-я отдельная танковая бригада была сформирована Постановлением ГКО № ГКО №-571сс от 13 сентября 1941 года. Бригада формировалась по штатам №№ 010/75 – 010/83 и 010/87 от 13 сентября 1941 года. ГАБТУ было обязано закончить формирование бригады к 18 сентября. В состав бригады вошли:

• Управление бригады [10/75] – 54 чел.

• Рота управления [10/76] – 175 чел.

• Разведывательная рота [10/77] – 107 чел.

• 7-й танковый полк [010/87] – 422 чел.

- 1-й танковый батальон

- 2-й танковый батальон

• 16-й моторизованный стрелковый батальон [010/79] – 422 чел.

• Зенитный дивизион

• Ремонтно-восстановительная рота [010/81] – 91 чел.

• Автотранспортная рота [010/82] – 62 чел.

• Медико-санитарный взвод [010/83] – 28 чел.

Командование бригадой принял полковник Иван Федорович Юрченко. Кроме него в состав командования вошли военный комиссар бригады полковой комиссар Андрей Федорович Яцутин [с 22.09.1941 по 10.05.1942], начальник штаба бригады майор Невмеинский (Невжинский?), начальник политотдела старший батальонный комиссар Степан Иванович Шкрабий [с 22.09.1941 по 27.02.1942]. Танковый полк возглавил майор А. П. Сытник.

При формировании бригада получила 61 танк: 7 КВ, 22 Т-34, 32 Т-40. Кроме танков была получена следующая техника: 14 БА-20, 8 СТЗ-5, 30 мотоциклов, 10 мастерских типа «А», ЗИС-5 – 114, ГАЗ-АА – 71, 12 легковых автомашин, 10 санитарных, 1 штабная и 8 37-мм зенитных пушек.

По завершении формирования и боевого слаживания, которые проходили в п. Костерево Московская области (Костеревский танковый военный лагерь), бригада была переброшена в распоряжение Юго-Западного фронта. До января 1942 года никаких сведений о действиях бригады в составе ЮЗФ обнаружить, пока не удалось. Известно лишь, что накануне Барвенково-Лозовской наступательной операции – 11.01.1942 года полковое звено бригады расформировали. На базе 7-го ТП были сформированы 1-й и 2-й танковые батальоны. В таком виде бригада приняла участие в своей первой крупной наступательной операции.

Барвенково-Лозовскую наступательную операцию можно разделить на три этапа. Первым из них был прорыв обороны гитлеровцев на всем фронте армии, разгром изюмской группировки врага. Вторым – борьба за г. Балаклею и ввод в прорыв 6-го кавалерийского корпуса. Третьим – преследование противника, освобождение г. Лозовая. В 5 часов 18 января 1942 года началась артиллерийская подготовка на всем фронте 6 Армии. Вслед за этим в наступление пошли полки пяти стрелковых дивизий первого эшелона. Из трех стрелковых дивизий, наносивших главный удар на правом фланге армии, наибольшего успеха достигла 411-я, действовавшая совместно с 7-й танковой бригадой. В первый же день она, несмотря на сильное огневое сопротивление врага, расширила плацдарм на западном берегу Северного Донца. Стремительно продвигаясь вперед, дивизия в последующие дни освободила населенные пункты Чепель, Волвенково, Лозовенька. Она рассекла оборону противника и, преодолев рубеж ближайшей задачи Армии, двумя полками нанесла удар в северном направлении – на Шевелевку, совхоз им. Петровского, которыми и овладела днем 22 января. Успех 411-й стрелковой дивизии использовали ее соседи – 337-я справа и 393-я слева. Благодаря этому они, наконец, сломили сопротивление противника, что не удавалось им, сначала, и значительно расширили прорыв в глубину и на флангах. Оборона противника была прорвана. Враг понес большие потери и бежал, бросая тяжелое вооружение, транспорт и склады. Второй этап продолжался с 22 по 24 января. Его цели, как указывалось в боевом приказе войскам армии от 21 января, заключались в овладении Балаклеей и разгроме сосредоточенной в этом районе группировки противника. Соответствующие задачи были поставлены 253-й и 337-й стрелковым дивизиям, 7-й и 13-й танковым бригадам. Кроме того, 411-й стрелковой дивизии было приказано участвовать в наступлении на Балаклею частью сил. Но все усилия оказались тщетными. Овладеть Балаклеей не удалось. Тем временем 393-я и 270-я стрелковые дивизии продолжали преследовать отступавшего врага и перерезали железную дорогу Харьков – Лозовая. То же самое сделал в районе ст. Беляевка 6-й кавалерийский корпус, который вошел в прорыв 23 января. Тогда же он нанес удар по противнику в районе Алексеевки, Мироновки. Утром 25 января 270-я стрелковая дивизия, только что освободившая населенный пункт Краснопавловка, получила задачу на овладение г. Лозовая. С этого начался третий этап операции. В то время как правофланговые дивизии и танковые бригады во взаимодействии с левофланговыми соединениями 38-й армии безуспешно продолжали бои за Балаклею, передовые отряды 411-й и 393-й стрелковых дивизий, выполнив последующую задачу 6-й армии, вышли на рубеж р. Орель. 270-я стрелковая дивизия, которая ввиду отставания на 35-40 км частей 57-й армии была повернута в ее полосу в юго-западном направлении, 27 января овладела г. Лозовая. На этом развитие Барвенково-Лозовской операции в глубину закончилось.

Усилия наступающих войск, как и противника, переместились на фланги прорыва. Фронт 6-й Армии растянулся по дуге г. Балаклея, Алексеевка, Мироновка, г. Лозовая, а ее войска как бы распались на три изолированные группы, которые втянулись в изнурительные затяжные бои за отдельные населенные пункты. Размах наступления уменьшился, что впоследствии привело к затуханию операции и стабилизации линии фронта. 6-й кавалерийский корпус, достигнув 23 января района Алексеевки, бездействовал там в течение четырех дней. За это время противник подтянул из Харькова резервы. В результате корпус не смог прорваться в тыл балаклеевской группировки противника и ввязался в затяжные бои за отдельные населенные пункты. Все это привело к тому, что правофланговым дивизиям 6-й Армии, взаимодействовавшим с частями 38-й Армии, не удалось срезать балаклеевский выступ. Подобная обстановка сложилась и на правом фланге Южного фронта. Там 57-я и 37-я, а затем и введенная в бой 9-я Армии не смогли расширить прорыв и развить его в глубину. Противнику удалось подтянуть с юга резервы и, локализовав прорыв, навязать в районе г. Славянск бои за населенные пункты. Задачи, поставленные войскам 6-й Армии на период наступления, не были полностью выполнены: удалось достичь лишь некоторых территориальных успехов и разгромить только часть сил противника: две дивизии. Одной из причин случившегося стали ошибки, допускавшиеся командирами ряда стрелковых дивизий и использовании танковых бригад как при прорыве оборонительной полосы, так и для развития успеха в глубине обороны противника. Они были тем более недопустимы, что буквально рядом, в других дивизиях, действовали в этом отношении умело, продуманно. Хорошо, эффективно использовал 7-ю танковую бригаду командир 411-й стрелковой дивизии полковник М. А. Песочин. Она была в полном составе введена в бой после прорыва переднего края обороны противника. Появление танков полковника И. А. Юрченко оказалось неожиданным для противника. А их тесное взаимодействие с пехотой и артиллерией, которая подавляла противотанковые средства врага, привело к быстрому прорыву всей глубины обороны и к стремительному преследованию врага.

Но вот эту танковую бригаду подчинили 337-й стрелковой дивизии, и сразу все пошло по-иному. Командир дивизии не сумел правильно использовать ее, и это привело к большим потерям танков. Разведка с целью выявления ПТС врага перед наступлением здесь не проводилась. Не выделялись артиллерийские средства для их подавления в бою. Кроме того, бригада вводилась в бой по частям, что снижало ее мощь, ударную силу. Наконец, совсем не использовались маневренные возможности танков, что и позволяло противнику, хорошо оснащенному противотанковыми орудиями, буквально выкашивать ряды бригады. Столь резкое различие условий, в которых действовала 7-я танковая бригада, бесспорно, являлось результатом неодинакового подхода командиров двух стрелковых дивизий к ее использованию. В ходе Барвенково-Лозовской операции 7-я танковая бригада потеряла практически половину своего состава.

Вновь к планам наступления в этом районе советское командование обратилось уже в марте 1942 года, когда Военный совет Юго-Западного направления (главнокомандующий маршал С.К. Тимошенко, член Военного совета Н.С. Хрущев, начальник оперативной группы направления генерал И.Х. Баграмян) обратился к Верховному Главнокомандующему с предложением провести наступательную операцию силами подчиненных ему Брянского, Юго-Западного и Южного фронтов с целью разгрома противостоящих группировок врага и выхода наших войск на линию Гомель, Киев, Черкассы. Первомайск, Николаев. Генеральный Штаб, рассмотрев предложения Военного совета Юго-Западного направления, доложил Сталину о своем несогласии с ними и невозможности проведения наступления па юге весной 1942 года. Поскольку Ставка не располагала в то время достаточными резервами, чтобы усилить ими поиска Юго-Западного направления, Сталин согласился с мнением Генерального Штаба, но дал С.Тимошенко указание подготовить соображения о проведении частной, более узкой операции с задачей овладения районом Харькова силами и средствами направления. Главный удар с барвенковского выступа на Харьков наносила 6-я армия генерала А.М. Городнянского, Армейская группа генерала Л.В. Бобкина наносила удар на Красноград, обеспечивая действия 6-й армии с юго-запада. Из района Волчанска навстречу 6-й армии наносился удар соединениями 28-й армии генерала Д.И, Рябышева и частью сил соседних 21-й и 38-й армий. Этой группе войск предстояло наступать на Харьков с севера и северо-запада.

Ослабленный в предыдущих боях. Южный фронт – командующий генерал Р.Я. Малиновский, член Военного совета дивизионный комиссар И.И. Ларин, начальник штаба генерал А.И. Антонов – активных задач не получил. 57-я армия генерала К.П. Подласа и 9-я армия генерала Ф.М. Харитонова этого фронта должны были организовать оборону южного фаса барвенковского плацдарма, чтобы обеспечить с юга ударную группировку Юго-Западного фронта. Намеченное наступление Брянского фронта, которое по замыслу Ставки должно было содействовать с севера Юго-Западному фронту в проведении Харьковской операции, было отменено 24 апреля. Начало наступления войск Юго-Западного фронта согласно директиве командующего фронтом № 00275 от 28 апреля 1942 года было назначено на 4 мая, но затем, в связи с неподготовленностью войск, было перенесено на 12 мая. Уже на этапе планирования советское командование получило первые сведения о возможном наступлении противника. Отмечалось, что он накапливает силы и, возможно, с окончанием дождей предпримет попытку ликвидировать барвенковский выступ. Но это наступление ожидалось только со стороны Харькова и как серьезная опасность не воспринималось. Для участия в операции было сформировано четыре танковых корпуса следующей численности:

21-й танковый корпус – 64, 198, 199-я танковые и 4-я мотострелковая бригады;

22-й танковый корпус – 13, 36, 133-я танковые бригады, 51-й мотоциклетный и мотострелковый батальоны;

23-й танковый корпус – 6, 130, 131-я танковые и 23-я мотострелковая бригады;

24-й танковый корпус – 4-я гвардейская, 2-я, 54-я танковые и 24-я мотострелковая бригады.

Три танковых корпуса предназначались для действий в составе Юго-Западного фронта (21-й и 23-й корпуса в полосе наступления 6-й армии, а 22-й в полосе наступления 38-й армии), а 24-й танковый корпус формировался в составе Южного фронта.

Материальная часть танковых корпусов, сформированных из уже используемых на фронтах и вновь прибывших бригад была довольно пестрой. К сожалению, не осталось никаких документов о численности большинства этих частей.

На Юго-Западном фронте было сосредоточено 19 танковых бригад и 4 отдельных танковых батальона. Из них 5 танковых бригад передавались в подчинение командующего Юго-Западным фронтом, две танковые бригады (198 и 199-я) были переданы из резерва Ставки ВГК и перебрасывались из района Воронежа. Остальные 12 бригад уже использовались на различных участка Юго-Западного фронта. В их числе была и 7-я танковая бригада. Накануне наступления она прошла пополнение. Танковые батальоны бригады сменили матчасть. В отличие от предыдущих операций, когда основу танковых частей Красной Армии составляла отечественная техника, в сражении за Харьков в больших количествах использовались танки, поставляемые в СССР по программе ленд-лиза из Великобритании и США. Причем они составляли не менее одной трети всего танкового парка Юго-Западного и Южного фронтов. 7-я танковая бригада так же пересела на «иномарки». Это были английские пехотные танки МК II «Matilda». Получив новую матчасть, бригада поступила на усиление армейской группы генерала Бобкина, действующей согласна плана операции на южном участке прорыва. Всего на данном участке сосредотачивалось 206 танков, преимущественно непосредственной поддержки пехоты МК II Matilda и МК III Valentine. На северном участке действовала 6-я Армия усиленная 38, 48, 37, и 5-й гвардейской танковыми бригадами. Всего здесь сосредотачивалось 354 танка.

6-я Армия двумя стрелковыми дивизиями (47 и 337-й) обороняла свой правый фланг по берегу реки Северный Донец. Здесь в первом эшелоне были развернуты 253,41,411 и 266-я стрелковые дивизии, усиленные 5-й гвардейской, 38 и 48-й танковыми бригадами и всеми артиллерийскими средствами армии. Во втором эшелоне находились 103 и 248-я стрелковые дивизии и 37-я танковая бригада. В тылу 6-й Армии сосредоточились 21 и 23-й танковые корпуса (269 танков), предназначенные для развития успеха.

На участке прорыва армейской группы в первом эшелоне были сосредоточены 393-я стрелковая дивизия и один полк 270-й стрелковой дивизии. Два остальных полка 270-й дивизии занимали оборону на левом фланге. Во втором эшелоне армейской группы для развития успеха сосредоточились 6-й кавалерийский корпус и наша 7-я танковая бригада.

В резерве Главнокомандующего Юго-Западным направлением находились 277, 343-я стрелковые дивизии, 2-й кавалерийский корпус и три отдельных танковых батальона.

Вследствие не соблюдения нашими штабами скрытности управления, плохой оперативной маскировки при сосредоточении войск к намеченным участкам прорыва, немецкое командование разгадало замыслы нашего командования и спешно провело ряд мероприятий по укреплению обороны на угрожаемых направлениях.

Советские войска начали операцию 7 часов 30 минут 12 мая 1942 года. Войска южной ударной группировки после 60-минутной артиллерийской подготовки и авиационного налета атаковали немцев. В последствии в течение 12 мая наступление армейской группы проводилось без авиационной поддержки. Причина этого заключалась в отсутствии взаимодействия между штабами Юго-Западного и Южного фронтов. Командование авиацией Южного фронта, предназначенной для поддержки наступления армейской группы, не принимало участия ни в разработке плана, ни в обеспечении наступления войск этой группы. Несмотря на это, армейская группа успешно осуществила прорыв обороны противника и продвинулась на глубину 4–6 км. Во второй половине дня 12 мая командующий армейской группой генерал-майор Бобкин ввел в прорыв 6-й кавалерийский корпус и 7-ю танковую бригаду, которые, преследуя разгромленные подразделения 454-й охранной дивизии, к исходу дня достигли реки Орель и захватили плацдармы на ее берегу, Таким образом, к исходу дня 12 мая войска южной ударной группировки сломили сопротивление немцев на 42-километровом фронте и продвинулись в глубь немецкого расположения на 12–15 км.

На 30-километровом фронте войска южной ударной группировки вышли ко второй оборонительной полосе немцев, проходившей по западному берегу реки Орель, и передовыми частями форсировали ее. Значительный успех армейской группы был достигнут благодаря своевременному вводу в прорыв эшелона развития успеха, который дал противнику возможности задержаться на промежуточных оборонительных рубежах.

В боях за главную полосу обороны против войск южной ударной группировки противник использовал все резервы 454-й охранной дивизии и начал перебрасывать 38-й полк 108-й легкопехотной дивизии венгров, находившийся в резерве 8-го армейского корпуса в районе Змиева. Подход свежих сил позволил противнику стабилизировать на некоторое время положение на фронте и сохранить за собою опорные пункты Верх. Бишкин и В. Берека.

Генерал-фельдмаршал фон Бок 12 мая записал в своем дневнике: "В полосе 6-й армии противник перешел в наступление на северо-западной оконечности Изюмского выступа и у Волчанска большими силами с многочисленными танками. Уже до полудня стало очевидным, что ему удались в обоих местах значительные прорывы. Вечером выяснилось, что прорыв у 8-го армейского корпуса принимает серьезные формы. К ночи вражеские танки стояли в 20 км от Харькова». Вечером 12 мая и в ночь на 13 мая противник ввел в бой на рубеже реки Орель из резерва командующего 6-й армией один полк 113-й пехотной дивизии, безуспешно пытаясь ликвидировать плацдарм, захваченный частями армейской группы. В это же время в распоряжение командующего 6-й немецкой армией в Харьков начали прибывать первые эшелоны 305-й пехотной дивизии. Штаб Юго-Западного фронта не имел данных об этой дивизии. Он также не располагал данными о том, что в оперативном резерве 6-й немецкой армии на красноградском направлении находится 113-я пехотная дивизия.

13 мая наибольшую угрозу для противника представляло выдвижение в прорыв соединений 6-го кавалерийского корпуса в полосе наступления армейской группы. Противник всеми силами стремился не допустить расширения прорыва и выхода советских войск к тыловому рубежу проходящему по реке Берестовая до Медведовки и далее по линии населенных пунктов Шляховая, Андреевка и по реке Богатая. Пытаясь уничтожить части 6-го кавалерийского корпуса, выдвинувшиеся за реку Орель, противник утром 13 мая снова ввел в бой 260-й полк 113-й пехотной дивизии, усиленный ротой танков. Контратаки этого полка были успешно отбиты передовыми частями кавалерийского корпуса, продолжавшего развивать наступление. В результате наступления 6-й армии и армейской группы, к вечеру 13 мая тактическая глубина обороны противника на красноград-ском направлении была прорвана. Ширина участка прорыва достигла 50 км. На направлении действий главных сил 6-й армии войска продвинулись в глубину неприятельской обороны на 16 км, а части 6-го кавалерийского корпуса – на 20 км.

В двухдневных боях были разгромлены основные силы 108-й легкопехотной дивизии венгров, 62-й пехотной дивизии немцев и нанесены большие потери 260-му полку 113-й пехотной дивизии.

По плану операции на третий день наступления по достижении пехотой рубежа В. Берека – Ефремов предполагалось ввести в прорыв 21 и 23-й танковые корпуса. Однако в ночь на 14 мая рубеж ввода танков командующим фронтом был изменен. По новому решению танковые корпуса должны были вводиться в прорыв с выходом пехоты на рубеж реки Берестовая, а армейская авиация, предназначавшая для обеспечения ввода в прорыв танковых корпусов 6-й Армии, 14 мая временно перенацеливалась на поддержку 28 и 38-й армий, отражавших контрудар танковой группировки противника.

14 мая в полосе наступления армейской группы наибольшее продвижение наших войск было на направлении 6-го кавалерийского корпуса. Пытаясь его остановить, немецкое командование ввело в бой 2б8-й полк 113-й пехотной дивизии. Отразив контратаки, части корпуса овладели районом Казачий Майдан, Росоховатое, Новольвовка. Части 393 и 270-й стрелковых дивизий, расширяя фронт прорыва в юго-западном направлении, к исходу дня овладели рубежом Кохановка, Григорьевка, Ворошиловка, Ульяновка. Разгромленные части 454-й охранной дивизии немцев отходили в юго-западном направлении. К вечеру 14 мая прорыв обороны противника в полосе наступления южной ударной группировки был расширен до 55 по фронту и до 25–40 км в глубину.

В донесении Ставке Верховного Главнокомандования от 15 мая 1942 года Военный Совет Юго-Западного направления отмечал: «Для нас теперь совершенно ясно, что противник, сосредоточив в Харькове две полнокровные танковые дивизии, вероятно, готовился к наступлению в направлении Купянск и что нам удалось сорвать это наступление в процессе его подготовки. Очевидно также, что сейчас противник в районе Харькова не располагает такими силами, чтобы развернуто против нас встречное наступление..." Изложенная в этом донесении оценка успехов и перспектив развития наступления фактически исходила не из учета реальных сил и возможностей своих войск и противника из ошибочных предположений о противнике, положенных в основу планирования операции и уже опровергнутых действительностью в самом начале боев.

15 мая части армейской группы продолжали развивать наступление, и к исходу дня 6-й кавалерийский корпус вышел на ближние подступы к Краснограду с востока. 393-я и 270-я стрелковые дивизии, продолжая преследовать разбитые части 454-й охранной дивизии немцев, продвинулись на 10 км и перерезали железную дорогу Красноград–Лозовая, что создало благоприятные условия для ввода в прорыв танковых корпусов на главном направлении и устойчивый фронт обеспечения на фланге прорыва. Но корпуса в это время находились на удалении 25–35 км от района боевых действий и не могли быть быстро введены в бой.

Одновременно успешное наступление войск южной ударной группировки фронта 15 мая создало для немецкого командования весьма тяжелую обстановку. Оно принимало все меры к тому, чтобы любой ценой удержать за собой рубеж по реке Берестовая. Для усиления левого фланга 454-й охранной дивизии был направлен 261-й полк 113-й пехотной дивизии. Под ударами частей 6-го кавалерийского корпуса этот полк отошел в Красноград. Остальные два полка 113-й дивизии отошли на западный берег реки Берестовая и заняли там оборону совместно с остатками разбитой 62-й пехотной дивизии. Не ожидая окончания сосредоточения в Харькове всех частей 305-й пехотной дивизии, командующий 6-й немецкой армией переменил станцию назначения эшелонам этой дивизии, еще находившимся в пути. Один ее полк был из Полтавы направлен в город Красноград, а остальные два полка из Харькова по частям срочно направлялись в Тарановку на усиление 62-й пехотной дивизии. Наибольшую угрозу для противника представлял участок, захваченный 411-й стрелковой дивизией в районе Охочае. Силами одного полка 113-й пехотной дивизии и подошедших подразделений 305-й пехотной дивизии противник организовал к исходу дня сильную контратаку и оттеснил полк 411-й дивизии на южную окраину Охочае. По замыслу немецкого командования, главную роль в ликвидации развивавшегося наступления советских войск должна была выполнить армейская группа Клейста. Контрудар этой группы с юга по барвенковской группировке должен был решить успех всей оборонительной операции немцев. Наряду с этим контрударом немецкое командование решило осуществить также ряд ударов, целью которых являлось предотвращение прорыва советских войск на запад, за тыловой армейский рубеж, и на юг, что угрожало бы всей немецкой обороне перед 57-й армией Южного фронта.

С выходом частей армейской группы в район Краснограда немцы теряли важную для них железную дорогу, которая связывала 6 и 17-ю армии. Сам по себе железнодорожный узел Красноград был особо важен, так как обладание им позволяло противнику пользоваться железнодорожными линиями Красноград–Полтава и Красноград–Днепропетровск.

Стремясь удержать город в своих руках, немецкое командование выделило резервы из состава левофланговых частей 17-й армии (часть 4-й пехотной дивизии румын и один полк 298-й пехотной дивизии немцев) и начало готовить контрудар во фланг наступавшей армейской группы. Кроме того, на всех направлениях немецкое командование широко использовало в обороне местные полицейские подразделения, из которых срочно формировались «отряды заграждения». В штабы наших армий и дивизий поступали отрывочные сведения о передвижениях немецких войск. Однако должного внимания этим сведениям не уделялось. Показаниям пленных и данным авиационной разведки также не было придано значения. Не имея никаких данных для предположения о готовящемся противником наступлении на южном фасе барвенковского выступа, Главнокомандующий Юго-Западным направлением маршал С.Тимошенко решил ввести в прорыв на рассвете 16 мая танковые корпуса: 21-й – на участке между Тарановка и Охочае. а 23-й – с рубежа реки Берестовая на участке Охочае – Берестовая. Армейской группе было приказано силами 6-го кавалерийского корпуса овладеть Красноградом.

Однако этот приказ не был выполнен. Танковые корпуса в течение ночи не смогли прибыть к намеченным рубежам и сосредоточились: 21-й танковый корпус – в удалении 8 -10 км от линии фронта и 23-й – в 15 км от линии фронта.

В ночь на 16 мая и в течение дня противник привел в порядок спои отошедшие части и уничтожил все мосты через реку Берестовая. В условиях позднего весеннего паводка эта река на участке Охочае – Медведовка имела ширину от 10 до 20 м. Вязкое дно и широкая заболоченная пойма не давали возможности танковым частям переправиться на другой берег реки без мостов и переправ. Замедление темпа наступления наших войск немецкое командование пыталось использовать для того, чтобы активизировать действия своих частей. Подразделения 305-й пехотной дивизии, подошедшие в район Тарановка, во взаимодействии с частями 113-й

пехотной дивизии нанесли удар по правому флангу 411-й стрелковой дивизии и тем самым улучшили положение 62-й дивизии немцев. Главные силы 305-й дивизии (без одного полка) продолжали сосредоточиваться в районе Мерефы.

Армейская группа на рассвете 16 мая овладела переправами через реку Берестовая в районе Краснограда. К исходу дня части 6-го кавалерийского корпуса полуокружили город и завязали бои на его северной, восточной и южной окраинах. Части 393-й дивизии овладели рубежом Шкаврово, Можарка. Фронт наступления войск армейской группы к этому времени превышал 50 км. На левом фланге группы противник провел несколько контратак в районе Сахновщины, отбитых частями 270-й стрелковой дивизии. Все попытки немцев задержать наступление армейской группы не увенчались успехом.

17 мая войсками 6-й Армии на реке Берестовая были восстановлены три моста. Приготовления к вводу в бой танковых корпусов были также закончены. В 5 часов 17 мая в направлении на Тарановку начал выдвижение 21-й танковый корпус. 23-й танковый корпус закончил переправу через реку Берестовую и в 8 часов перешел в наступление в общем направлении на Нов. Водолага. Основные усилия армейской группы на протяжении всего дня были по-прежнему направлены на овладение Красноградом. Не сумев ворваться в город на плечах отступающего противника, части 6-го кавалерийского корпуса оказались втянутыми в тяжелые бои за овладение городом. Удаление передовых частей армейской группы от тыловых баз 17 мая достигло 190км. Органы тыла не справлялись с задачей своевременного снабжения корпуса всем необходимым, прежде всего боеприпасами. В то же время немцы располагали ими в неограниченных количествах, так как Красноград являлся их опорной тыловой базой. Все это заставило командующего группой принять решение прекратить штурм города и начать накопление боеприпасов. 18 мая части 6-го кавалерийского корпуса с 7-й танковой бригадой окружили полностью Красноград и вели бои в городе.

Вследствие того, что советские войска упредили противника в подготовке и развертывании наступления, немецкое командование было вынуждено все силы своей ударной группировки, намечавшиеся к сосредоточению в чугуевском выступе, направить на борьбу с северной и, частично, с южной ударными группировками Юго-Западного фронта. В общей сложности эти силы составляли до трех пехотных (71, 305-я и два полка 44-й) и две танковые (3 и 23-я) дивизии. Однако этими мероприятиями оперативные возможности противника не исчерпывались. В обстановке, сложившейся к 16 мая немецкое командование не могло рассчитывать на скорое высвобождение войск своей северной группировки для участия в наступлении против барвенковского плацдарма. Но, располагая крупными силами перед южным фасом барвенковского плацдарма, оно приняло решение сорвать наступление южной группировки Юго-Западного фронта контрударом в общем направлении на Изюм с юга. Общий план контрудара состоял в том, чтобы обороняясь ограниченными силами на ростовском и ворошиловградском направлениях, нанести два удара по сходящимся направлениям на южном фасе барвенковского плацдарма. Один удар намечался из района Андреевки на Барвенково и второй из района Славянска на Долгенькая с последующим развитием наступления обеих группировок в общем направлении на Изюм. Этими ударами немецкое командование рассчитывало рассечь оборону 9-й армии, окружить и уничтожить части этой армии восточнее Барвенково, в дальнейшем выйти к реке Северный Донец, форсировать ее на участке Изюм, Петровская и, развивая наступление в общем направлении па Балаклею, соединиться с частями 6-й армии, оборонявшими Чугуевский выступ, и завершить окружение всей барвенковской группировки войск Юго-Западного направления.

Всего на 20-километровом участке Петровка, Голубовка против стыка 341 и 106-й стрелковых дивизий 9-й армии противник сосредоточил в первой линии до пяти пехотных полков и до 50 танков 14-й танковой дивизии. На 21-километровом участке Красноармейск, Маяки, против стыка 335 и 51 -и стрелковых дивизий 9-й армии, немцы сосредоточили до двенадцати пехотных полков и около 100 танков 16-й танковой дивизии. Сосредоточив крупные силы на узких участках фронта, немецкое командование, при сравнительно небольшой общей оперативной плотности своих войск на южном фасе барвенковского плацдарма, сумело создать на участках прорыва значительное превосходство в силах, особенно в танках и артиллерии.

Оценив создавшуюся обстановку на фронте 9-й армии и левом фланге 57-й армии, Главнокомандующий Юго-Западным направлением 19 мая отказался от продолжения наступления на Мерефу и Красноград и решил сосредоточить все силы южной группировки Юго-Западного фронта на разгром группировки немцев, наступавшей из района Барвенково.

В 17 часов 20 минут 19 мая маршал С.Тимошенко передал по прямому проводу свой боевой приказ № 00320, согласно которому все соединения 6-й армии и армейской группы должны были перейти к обороне на достигнутых рубежах и приступить к перегруппировке сил и выполнению новых задач. Из всех соединений армейской группы, а также 253,41, 266-й стрелковых дивизий, 5-й гвардейской, 48-й танковых бригад и части артиллерийских средств усиления 6-й армии образовывалась новая армейская группа под командованием заместителя командующего Юго-Западным фронтом, который для управления войсками использовал штаб прежней армейской группы. Этой группе была поставлена задача с утра 20 мая перейти к обороне на фронте Змиев, Караван, Красноград, Сахновщина и главные силы 6-го кавалерийского корпуса вывести в резерв. Одновременно армейская группа должна была сильным отрядом овладеть районом города Змиев и переправами через реку Северный Донец в районе Черемушная. Тем же приказом № 00320 предусматривалось также нанесение удара силами четырех стрелковых дивизий и двух танковых бригад левого фланга 38-й армии навстречу войскам армейской группы. Для этой цели была организована оперативная группа под командованием заместителя командующего 38-й армией. В состав группы входили 242, 278, 304 и 199-я стрелковые дивизии, 156 и 1б8-я танковые бригады. В штабе Юго-Западного направления рассчитывали, что в результате этого удара левый фланг 38-й армии примкнет к правому флангу армейской группы в районе Змиев, Чугуевская группировка немцев будет разгромлена и тем самым для последующих действий на Харьков с юга высвободится до пяти стрелковых дивизий. В 9 часов 30 минут 19 мая части 28-й армии начали наступление, но успеха не имели. Наступление соединений 38-й армии закончилось также безуспешно. Контратаками, поддержанными массированными ударами авиации, противник вынудил все части армии возвратиться на исходные рубежи. К вечеру 20 мая немцам удалось выйти своими подвижными войсками в район Петровская, Красный Лиман, а к концу 22 мая завершить окружение наших войск на барвенковском плацдарме. Это стало налом конца. Положение советских войск в «котле» было очень тяжелым – не хватало боеприпасов, горючего и продовольствия, а открытая степная местность не позволяла войскам укрыться от огня противника. Несмотря на отчаянные попытки, большинству бойцов и командиров так и не удалось вырваться из окружения.

7-я отдельная танковая бригада на протяжении всего первого этапа операции весьма успешно действовала совместно с 6-м кавалерийским корпусом. Будучи введенной в бой к исходу первого дня операции она успешно содействовала успеху в развитии прорыва фронта в полосе армейской группы. Развивая успех 393-й стрелковой дивизии 7-я танковая бригада действовала из района д.Радомысловка по направлению севернее Ниж.Орель на рубеж Росоховатое – Казачий Майдан и далее до рубежа Поповка-Петровка. Действуя с этого рубежа совместно с 49 кавалерийской дивизией бригада форсировала р.Берестовая, перерезала железную дорогу на участке Красноград-Кирилловка и закрепилась на рубеже севернее Краснограда и в последующем ворвалась в город, завязав уличные бои. Однако на момент получения приказа Тимошенко о занятии обороны на достигнутых рубежах и перегруппировки бригада уже почти полностью утратила свою боеспособность, потеряв практически всю технику. Оказавшись в месте со всей группировкой в окружении, лишившись топлива и боеприпасов, танкисты бригады были вынуждены бросить оставшуюся технику, предварительно выведя ее из строя. Предпринимая попытки прорыва, совместно со стрелковыми частями остатки бригады полегли практически полностью. 27 мая погиб ее командир – полковник Иван Федорович Юрченко.

Днем 26 мая командующий группой армий «Юг» генерал-фельдмаршал фон Бок посетил свои войска, ведущие бои с окруженной советской группировкой:

«Я еду через «группу Брайта», 44 и 16-ю танковую дивизии в 60-ю моторизованную и 1-ю горную дивизии. Повсюду одна и та же картина: все уже сжимаемый противник тем не менее делает то здесь, то там попытки прорваться, но он уже стоит непосредственно перед крахом. С одной высоты юго-восточнее Лозовенька можно было видеть, как со всех сторон бьющий в дымящийся "котел" огонь наших батарей получает все более слабеющий ответ... Толпы пленных текут в тыл, рядом идут в атаку наши танки и части 1 -й горной дивизии – потрясающая картина!» Генерал Клейст после поездки по району только что стихших боев писал: «На поле боя везде, насколько хватало глаз, землю покрывали трупы людей и лошадей, и так плотно, что трудно было найти место для проезда легкового автомобиля». Сын генерала Паулюса Эрнст-Александр, офицер-танкист, был ранен в боях за Харьков. Он рассказывал отцу: «Русские понесли большие потери в танках, на полях сражений стоят сотни подбитых боевых машин. Русское командование совершенно не умеет их грамотно использовать. Один пленный советский офицер-танкист рассказывал следующее о визите в их часть маршала Тимошенко. Когда Тимошенко наблюдал атаку своих танков и видел, что немецкий артогонь буквально рвет их в куски, он только сказал: «Это ужасно!» Затем повернулся и покинул поле боя. Видя все это, я задал себе вопрос: а сколько танков и других резервов мог еще мобилизовать этот подобный гидре противник?» На немцев – очевидцев этих событий – сражение оказало большое психологическое воздействие. Некоторые из них смотрели теперь на будущее с явным скептицизмом.

Это была катастрофа. По советским данным, потери войск Юго-Западного направления за период боев с 10 по 31 мая 1942 года составили: 266927 человек (из них раненые и больные, эвакуированные в госпитали – (6314, убитые и захороненные на незахваченной врагом территории – 13556 человек. Остальные 207047 человек попали в окружение), 652 танка, 1646 орудий и 3278 минометов. Вместе с тем, в документах отмечалось, что «установить потери вооружения и техники, из-за отсутствия документов по ряду соединений и частей, не представляется возможным». В окружении погибло и много известных советских военачальников. Среди них заместитель командующего войсками Юго-Западного фронта генерал-лейтенант Ф. Я. Костенко, командующий и член Военного Совета 6-й армии генерал-лейтенант А. М. Городнянский и бригадный комиссар И. А. Власов, командующий, член Военного совета, начальник штаба и командующий артиллерией 57-й армии генерал-лейтенант К. П. Подлас, бригадный комиссар А. И. Попенко, генерал-майор А. Ф. Анисов, генерал-майор артиллерии Ф. Г. Маляров, командующий армейской группой генерал-майор Л. В. Бобкин, командиры 15,47, 270 и 337-й стрелковых дивизий генерал-майоры Д Г. Егоров, Ф. Н. Матыкин, 3. Ю. Кутлин. И. В. Васильев многие другие. По немецким данным, во время боев за Харьков было взято 239036 пленных, уничтожено и захвачено 2026 орудий, 1249 танков и 540 самолетов. Собственные безвозвратные потери в людях составили 20000 человек.

Когда И.Сталину доложили о поражении Красной Армии в Харьковской операции, он сказал так: «В течение каких-либо трех недель Юго-Западный фронт, благодаря своему легкомыслию, не только проиграл наполовину выигранную Харьковскую операцию, но успел еще отдать противнику 18–20 дивизий... Это катастрофа, которая по своим пагубным результатам равносильна катастрофе с Ренненкампфом и Самсоновым в Восточной Пруссии...»

В неудачах Сталин обвинил (и не без оснований) прежде всего командование Юго-Западным направлением – С.Тимошенко, И.Баграмяна и Н.Хрущева. При этом он добавил: «Если бы мы сообщили стране во всей полноте о той катастрофе, которую пережил фронт и продолжает еще переживать, то я боюсь, что с Вами поступили бы очень круто...»

В горниле этой адской топки поглотившей, в том числе и 7-ю отдельную танковую бригаду сгинуло, и знамя этой части. Потеря боевого знамени – очень тяжкий и печальный факт. Части потерявшие свое знамя, как правило, расформировывались и не возрождались. Так произошло и с 7-ой бригадой. Возвращая на Родину боевое знамя 7-ой отдельной танковой бригады, белорусские патриоты возвращают не только память, но и честь доблестно воевавших и геройски погибших советских воинов.

А.ХЛОПОТОВ

Что за ересь?

http://molotok.ru/rkka-razvedchiki-v-ma ... 91211.html

Может это репетиция утренника для детей или театральная постановка? И с какого года "АМЁБА" пошла?

Поясные ремни как мне кажется английские, а шинели чьи? Или это полушинели?

Нужна помощь в опознании рода войск в которых служил боец (слева).Был призван в конце войны и демобилизован в 49-ом.

Смущают странные петлицы на погонах.

Это дед моего товарища, по-этому, по возможности, отнеситесь к просьбе серьезно.

Спасибо!

С Уважением,

Александр.

Том 1. 1890-1935 гг. 199Мб

Том 2. Часть 1. 1935-1955гг. 380 Мб

Том 2. Часть 2. 1955-2004гг. 174 Мб

ППШ:

РГД-33:

На три Ф-1:

На две гранаты:

подозреваю что эти 60-х годов

Дополнительная сумка для патронов к винтовке Мосина: